— Мария, вы же понимаете, что бюджет неограничен? — Настя вальяжно откинулась на спинку дорогого кресла в кафе, помешивая ложечкой свой латте на кокосовом. — Мой зайка сказал: «Настенька, делай что хочешь, лишь бы нашему принцу было комфортно».

Я открыла ноутбук, стараясь сохранять профессиональное выражение лица. Клиентка передо мной была моложе меня на добрых десять лет. Лет двадцать три, не больше. Губы «уточкой», свежий загар, брендовое худи и взгляд человека, который никогда в жизни не считал копейки.

— Я вас услышала, Анастасия. Золотая лепнина, итальянская мебель, гипоаллергенный шелк. Но давайте всё же обсудим планировку. Вы сказали, это ЖК «Адмирал»?

— Да, квартира огромная, двести квадратов, — она самодовольно улыбнулась. — Зайка купил её сразу, как узнал, что я жду ребёнка. Мы сейчас на пятом месяце. Хочу, чтобы к рождению всё было готово. Знаете, в стиле «современная классика», но чтобы прямо веяло роскошью.

— Понимаю. Подготовим проект. Скажите, а вкус отца ребёнка нам нужно учитывать? Может быть, у него есть особые пожелания по цветовой гамме?

— Ой, да ему всё равно! — Настя махнула рукой, и я заметила на её пальце кольцо с камнем, который стоил как моя машина. — Он говорит: «Настенька, у тебя идеальный вкус». Хотя… знаете, он любит такой, мужской стиль. Тёмное дерево, кожа. Чтобы комната не выглядела слишком девчачьей, если вдруг мальчик родится.

— Мы пока ориентируемся на нейтральные тона? — уточнила я, записывая примечания.

— Наверное. О, подождите! Я вам сейчас покажу, что ему нравится. У него в кабинете в другой квартире очень крутой дизайн, он сам выбирал. Мы там фотосессию делали недавно.

Она выудила из сумочки последний айфон и начала быстро листать галерею. Я ждала, попивая свой остывший чай. Девять месяцев мой муж, Артём, пропадал на работе. Финансовый директор крупной компании — я привыкла к его командировкам, к его вечному «Маш, проект горит, буду поздно».

— Вот, смотрите! — Настя радостно протянула мне телефон. — Это мы в Дубае три месяца назад. Он там такой счастливый. И посмотрите на фон, там как раз интерьер номера ему очень зашел.

Я посмотрела на экран. В глазах потемнело. С фотографии на меня смотрел мой Артём. Тот самый Артём, который три месяца назад, в марте, клялся мне по видеосвязи, что в Норильске жуткая метель, и он не может выйти из гостиницы. На фото он обнимал сияющую Настю на фоне лазурного залива и небоскрёбов.

— Мария? Вам плохо? — Настя удивленно уставилась на меня. — Вы какая-то бледная стали.

Я сделала глубокий вдох. Сердце колотилось где-то в горле, но восемь лет брака и десять лет в бизнесе научили меня держать удар. Я не могла сейчас сорваться. Не здесь. Не перед ней.

— Всё в порядке, просто давление скакнуло. Кондиционер здесь плохо работает, — я выдавила улыбку. — Очень… эффектный мужчина. Ваш покровитель, я имею в виду.

— Да, он у меня такой! — Настя защебетала, забирая телефон. — Самый лучший. Женат, правда, но это временно. Говорит, жена у него — скучная наседка, всё время в своих чертежах, поговорить не о чем. А со мной он летает. Называет меня своей маленькой принцессой.

— Скучная наседка, значит… — повторила я, чувствуя, как внутри закипает ледяная ярость.

— Ну да. Он говорит, она даже за собой следить перестала. Вечно в пыли со стройплощадок. А он у меня эстет! Ему нужна красота.

— Понимаю. Слушайте, Анастасия, мне нужно посмотреть объект вживую. Прямо сейчас можем поехать? Хочу замерить освещенность, чтобы с цветом не прогадать.

— Ой, а давайте! — она вскочила. — Заодно познакомлю вас с нашей консьержкой, чтобы вас пускали потом без меня.

Мы ехали к ЖК «Адмирал» на её новеньком мерседесе. Я сидела на пассажирском сиденье и смотрела в окно. Мой Артём. Мой тихий, заботливый Артём, который каждое утро целовал меня в щеку и обещал, что скоро мы закроем ипотеку и поедем в отпуск. Оказывается, ипотеку он закрывал не нашу.

— Приехали! — Настя припарковалась у элитной высотки. — Смотрите, какой тут вид. Зайка специально выбирал этаж повыше.

В квартире пахло свежим ремонтом и дорогими духами. Пустые стены, панорамные окна. Настя водила меня по комнатам, щебеча о том, где будет стоять кроватка, а где — комод для детских вещичек.

— А вот здесь будет детская, — она открыла дверь в просторную комнату. — Сделайте так, чтобы это было… ну, очень дорого. Чтобы все подруги обзавидовались.

— Сделаю, Анастасия. Не сомневайтесь. Я сделаю вам такой проект, который вы никогда не забудете, — сказала я, доставая рулетку. — Пока я замеряю, не могли бы вы принести мне воды? Что-то в горле пересохло.

— Ой, конечно! — она убежала на кухню. — У меня там как раз «Эвиан» есть.

Как только она вышла, я бросилась к папке, которая лежала на подоконнике. Я видела её мельком — там были документы. Сердце ушло в пятки. Договор купли-продажи. Владелец: Артём Игоревич Воронцов. Мой муж. Сумма сделки… у меня закружилась голова. Сорок миллионов рублей. Откуда? Мы жили на его зарплату и мои доходы, едва сводя концы с концами после покупки нашего загородного дома.

Я быстро достала свой телефон и начала фотографировать каждую страницу. Руки дрожали, но я заставляла себя фокусироваться. Паспортные данные Артёма, подпись — его, размашистая, с характерным завитком.

— Вот ваша вода! — Настя вернулась в комнату. — Ой, а вы что, документы смотрите?

— Проверяю площадь по плану, чтобы не ошибиться, — спокойно ответила я, убирая телефон в карман фартука. — Анастасия, а ваш… зайка… часто здесь бывает?

— По вечерам заезжает. Но сегодня у него совещание до ночи. Опять в своём офисе застрял, бедняжка. Столько работает ради нас!

— Да, — кивнула я. — Трудяга. Просто пример для подражания.

Выйдя из ЖК, я не поехала в офис. Я поехала к своей лучшей подруге Светке. Она была юристом, и если кто и мог сейчас меня удержать от того, чтобы не натворить глупостей, то только она.

— Налей мне водки, — сказала я, входя к ней в кухню и бросая сумку на пол.

— Маш? Ты чего? Ты же за рулем! — Светка вытаращилась на меня. — Что случилось? Клиентка кинула?

— Если бы. Свет, Артём мне изменяет. И не просто изменяет. У него там целая параллельная жизнь. Квартира за сорок миллионов, любовница на пятом месяце и отдых в Дубае, пока я тут на объектах в каске прыгала.

Я выложила на стол телефон с фотографиями документов.

— Твою мать… — Светка долго листала снимки. — Маш, это же… это же уголовка пахнет. Откуда у него такие деньги? Он же финансовый директор, а не владелец нефтяной вышки.

— Видимо, «финансовый» — это ключевое слово, — я усмехнулась, чувствуя, как по щеке ползет слеза. — Он выводил деньги из семейного бюджета. Мы же копили на расширение дома. У нас общий счет был, помнишь? Я туда все свои гонорары скидывала.

— Помню. Ты же доверяла ему все финансы. Говорила, что он лучше разбирается.

— Дура я, Света. Какая же я дура. «Скучная наседка», понимаешь? Он ей так про меня сказал.

— Так, — Светка грохнула кулаком по столу. — Не реветь! Если он решил поиграть в большого босса, мы ему устроим весёлую жизнь. Ты говоришь, она тебя наняла?

— Да. Она не знает, кто я. Фамилия у меня в профиле девичья — я её для работы использую, как бренд.

— Гениально. Маш, ты сейчас делаешь вид, что ничего не произошло. Рисуешь ей этот проект. Самый дорогой, самый пафосный. Нам нужно время.

— Зачем? Я хочу его вышвырнуть сегодня же!

— Нет! — Света перебила меня. — Если ты его сейчас выгонишь, он успеет переписать имущество или спрятать концы. Нам нужно доказать, что квартира куплена на общие деньги, которые он тайно изымал. И загородный дом нам тоже нужен. Ты хочешь остаться с ипотекой на руинах или хочешь, чтобы он остался с голой ж..ой и беременной куклой?

— Второе, — отрезала я.

— Тогда слушай план. Ты продолжаешь работать. Втирайся к ней в доверие. Пусть она тебе всё выбалтывает — подарки, чеки, поездки. Всё фиксируй. А я пока займусь запросами. Мы выпотрошим твоего зайку до копейки.

Следующие две недели были адом. Каждый вечер Артём возвращался домой, обнимал меня и врал прямо в глаза.

— Устал, Машуль. Опять эти отчеты, — говорил он, уплетая мой ужин. — Как у тебя дела? Как проект?

— О, проект замечательный, Тём, — улыбалась я, чувствуя тошноту. — Заказчица такая… интересная девушка. Ждет первенца. Муж у неё очень щедрый, представляешь? Квартиру ей купил в «Адмирале».

Артём поперхнулся чаем.

— В «Адмирале»? Дорогой район. И кто он?

— Да какой-то бизнесмен, она не называет фамилию. Называет его «мой зайка». Забавно, правда?

— Да… забавно, — он отвел взгляд. — Пойду в душ, что-то голова разболелась.

Я смотрела ему в спину и думала о том, как человек может так мастерски притворяться. Мы прожили восемь лет. Я знала каждый его шрам, каждую привычку. Или мне так казалось?

Днем я встречалась с Настей. Она стала моей «лучшей подружкой».

— Маш, а посмотрите, какие пинеточки! — она совала мне под нос розовые кружева. — Артём вчера привез. Сказал, что это из лимитированной коллекции.

— Артём? — я замерла.

— Ой! — она прикусила губу. — Я проговорилась. Да, его Артём зовут. Красивое имя, правда? Сильное.

— Очень, — ответила я. — И фамилия, небось, какая-нибудь звучная?

— Воронцов, — она гордо вскинула подбородок. — Он из очень влиятельной семьи. Скоро разводится, кстати. Сказал, что уже подал документы, просто эта его «мегера» цепляется за каждый рубль, не дает ему уйти красиво.

Мегера? Значит, я уже не просто наседка, а мегера. Интересно, как быстро меняются статусы.

— А квартира на него оформлена? — как бы невзначай спросила я. — Просто для налоговой отчетности по дизайну мне нужно знать владельца.

— Да, на него. Он сказал, что так надежнее. А потом, после свадьбы, он мне её подарит. Он у меня такой благородный!

Я едва сдержалась, чтобы не расхохотаться ей в лицо. Благородный вор — вот его имя.

В пятницу Светка позвонила мне с победным криком.

— Есть! Маш, я нашла. Он открыл подставную фирму на имя своей матери. Туда стекались откаты от поставщиков его компании. И именно с этой фирмы ушли деньги на покупку квартиры в «Адмирале». У меня есть все выписки. Это чистый вывод средств, причем часть из них — твои гонорары, которые он якобы «инвестировал».

— Ты уверена?

— Маш, я юрист или кто? Твой муж — идиот. Он думал, что если оформит на маму, никто не найдет. Но мама его — пенсионерка из Тулы, у неё нет и не могло быть сорока миллионов. Мы подаем иск на раздел имущества, включая эту квартиру, как купленную на скрытые доходы в браке.

— Сегодня? — спросила я.

— Сегодня. Иск зарегистрирован. Курьер везет повестку ему в офис.

— Нет, Света. Отзови курьера в офис. Пусть везет домой. Я хочу сама вручить ему «дизайн-проект».

Вечером я приготовила шикарный ужин. Зажгла свечи. Достала бутылку самого дорогого вина, которое мы хранили для особого случая. Артём пришел в хорошем настроении.

— Ого! Что за праздник? — он подошел, чтобы поцеловать меня, но я уклонилась.

— Праздник завершения проекта, Тёма. Я закончила детскую. Хочу показать тебе рендеры.

— Маш, ну я же просил — не грузи меня своей работой дома…

— Нет-нет, посмотри. Тебе это будет очень интересно. Прямо очень.

Я разложила на столе большие планшеты с визуализацией. На первом был общий вид комнаты. На втором — детали. А на третьем, прямо в центре «доски настроения», я вставила ту самую фотографию из Дубая, которую сфотографировала в телефоне Насти.

Артём замер. Его лицо сначала стало серым, потом пошло красными пятнами.

— Это… это что? — прохрипел он.

— Это концепция, дорогой. Называется «Жизнь на две семьи». Смотри, как удачно подобраны цвета. Синий — как море в Дубае, где ты «мерз в Норильске». И золото — как те откаты, которые ты воровал у нас с тобой, чтобы купить гнездышко своей принцессе.

— Маша, я всё объясню… — он потянулся к планшету, но я оттолкнула его руку.

— Что ты объяснишь? Что я «скучная наседка»? Или что я «мегера», которая не дает тебе уйти красиво? Ты хотел красоты, Артём? Получай.

Я бросила на стол папку с документами.

— Это копия иска. Я забираю наш дом. Я забираю эту квартиру, потому что она куплена на мои в том числе деньги. И твою долю в нашей нынешней квартире я тоже забираю через суд как компенсацию морального вреда и сокрытых доходов.

— Ты не сможешь! — он вдруг сорвался на крик. — Это квартира моей матери! Ты к ней отношения не имеешь!

— Твоя мать — соучастница в финансовых махинациях, Артём. Светлана уже подготовила заявление в прокуратуру по поводу твоей фирмы. Если ты не подпишешь мировое соглашение на моих условиях, ты сядешь. И твоя Настя будет носить тебе передачи в тюрьму. Хотя нет, не будет — она любит только твой кошелек, а он пуст.

Артём тяжело опустился на стул. В этот момент он выглядел на все пятьдесят.

— Маша, пожалуйста… Она беременна. Ей нельзя волноваться.

— А мне было можно? Девять месяцев слушать твоё вранье? Пахать как лошадь, пока ты развлекался в Эмиратах? Ты о ней думаешь? Ну так думай дальше. Теперь тебе придется много думать о том, как обеспечивать её и ребенка, работая… ну, не знаю, где тебя возьмут с такой репутацией после того, как я пошлю анонимку твоему руководству о твоих «схемах».

— Ты не сделаешь этого, — прошептал он.

— Проверь меня, — я улыбнулась самой ледяной улыбкой, на которую была способна. — У тебя есть час, чтобы собрать чемодан. Вещи, которые я тебе покупала, можешь оставить — я их сожгу.

— Куда я пойду? — он поднял на меня глаза, полные отчаяния.

— К Настеньке. В её… то есть уже в мою квартиру. Она как раз ждет тебя. Только скажи ей сразу, что «зайка» теперь банкрот. Интересно, через сколько минут она выставит тебя за дверь?

Он ушел через сорок минут. Молча. Я слышала, как захлопнулась дверь, и только тогда позволила себе зарыдать. Не от горя — от облегчения. Я больше не была «наседкой». Я была свободной женщиной с очень хорошим пакетом недвижимости.

Через месяц состоялся суд. Артём, поджав хвост, подписал всё. Он смертельно боялся тюрьмы. Его уволили «по собственному желанию» на следующий день после того, как поползли слухи. Настя, как я и предсказывала, испарилась, как только арестовали счета. Оказывается, «вечная любовь» очень сильно зависит от баланса на карте.

Я заехала в ту самую квартиру в ЖК «Адмирал». Она была пустой и гулкой.

— Ну что, будем переделывать проект? — спросила Светка, заходя ко мне с бутылкой шампанского.

— Обязательно, — ответила я, глядя на панораму города. — Никакой «современной классики». Снесу здесь всё к чертовой матери. Сделаю лофт. Огромную мастерскую. Для себя.

— А детская?

— А детская станет гардеробной. Для моих туфель. Знаешь, Света, я ведь действительно много работала и мало на себя тратила. Пора исправлять ошибки дизайна собственной жизни.

Я подошла к окну. Солнце садилось, заливая город золотом. На душе было удивительно спокойно. Иногда, чтобы построить что-то действительно красивое, нужно сначала до основания разрушить старое гнилое здание.

— Кстати, — Света разлила шампанское по пластиковым стаканчикам (бокалы мы еще не купили). — Видела сегодня твоего бывшего. В дешевой кофейне. Выглядит паршиво. Говорят, живет у матери в Туле.

— Пусть живет, — я пригубила напиток. — Там ему самое место. В тишине и покое. Без мегер и наседок.

Я посмотрела на свой старый ноутбук, лежащий на подоконнике. На экране был открыт новый файл. «Проект: Моя Новая Жизнь». И в этом проекте не было места для «зайчиков». Только для сильной, уверенной женщины, которая точно знает цену и себе, и своей работе.

— За нас! — Света чокнулась со мной.

— За нас, — эхом отозвалась я. — И за качественные стройматериалы. Которые не трескаются при первом же кризисе.