— Ты опять забыла заказать капсулы для моей кофемашины? — Ирина возмущенно всплеснула руками, указывая на пустую коробку на кухонном столе. — Вечером придут девчонки с работы, чем я должна их поить?

— Предыдущая пачка на сотню капсул закончилась за пять дней, — ответила Ольга, спокойно вытирая руки кухонным полотенцем. — Я покупала её на свои деньги. Твои подруги пьют по четыре чашки за вечер, а скидываться никто не торопится.

— Какая разница, кто сколько пьет! — фыркнула золовка. — Я эту итальянскую красавицу в дом купила на свои сбережения! Это мой щедрый жест для всей семьи. А с тебя — расходники и нормальная закуска к кофе, ты же всё равно работаешь из дома и тебе не трудно перекусить приготовить!

Ольга глубоко вздохнула. Уже три недели они с мужем Андреем жили в трехкомнатной квартире его сестры, пока в их собственном купленном в ипотеку доме шла капитальная отделка. С самого начала договоренность была предельно прозрачной: коммунальные платежи делятся строго пополам, продукты каждый покупает сам или сбрасывается на общие обеды. Однако с появлением на кухне дорогого прибора идеальный порядок дал трещину.

Ирина преподнесла покупку агрегата с помпой, заявив, что теперь их быт станет «европейским». На деле же подарок золовки быстро превратился в изощренный инструмент давления. Ирина считала, что сам факт наличия прибора освобождает её от любых дальнейших трат. Гости у золовки собирались через день: коллеги, подруги из фитнес-клуба, бывшие однокурсницы. Каждому требовался эспрессо или капучино, а к нему — свежая выпечка, бутерброды с красной рыбой или сырные нарезки, за которыми Ирина непринужденно отправляла Ольгу.

Вечером того же дня Ольга решила обсудить ситуацию с мужем.

— Андрей, я за этот месяц потратила на капсулы, сливки и угощения для её подруг больше пятнадцати тысяч, — сказала она, когда они остались в своей комнате. — Твоя сестра даже за молоко ни разу не заплатила. При этом искренне считает, что я перед ней в долгу за то, что она поставила технику на кухню.

— Оль, ну не начинай, — поморщился Андрей. — Нам тут еще максимум месяц переждать осталось. Бригадир обещал к концу месяца завершить плиточные работы. Зачем портить отношения из-за каких-то капсул? Давай я сам дам тебе деньги, купи ты эту пачку.

— Дело не в пяти тысячах рублей, а в принципе, — поправила подушку Ольга. — Дело в том, что «щедрый» подарок сестры превратил меня в бесплатную официантку и снабженца. Если мы сейчас не установим четкие рамки, этот месяц станет невыносимым.

На следующее утро Ольга предприняла первую попытку решить вопрос цивилизованно. Она создала в специальном мобильном приложении семейную таблицу совместных трат. Каждая покупка — от туалетной бумаги до элитного кофе — должна была заноситься туда с прикрепленным чеком, а программа автоматически рассчитывала долю каждого жильца.

— Я повесила на холодильник QR-код и скинула вам ссылку в мессенджер, — объявила Ольга за завтраком. — Все общие покупки заносим туда. В конце недели приложение считает баланс, и должник просто переводит разницу. Так никто не будет чувствовать себя обделенным.

Ирина взглянула на распечатанный код с нескрываемым презрением.

— Таблица? Серьёзно? Ты решила из нашей семьи бухгалтерию устроить? — она с громким щелчком поставила чашку на стол. — Я вам, между прочим, угол предоставила. Вы за аренду не платите ни копейки! А ты сидишь и высчитываешь, кто сколько граммов сыра съел и сколько миллилитров воды из кофемашины выпил?

— Мы оплачиваем половину всей коммуналки, включая интернет и консьержа, — твёрдо напомнила Ольга. — О проживании мы договаривались с твоего согласия и на условиях взаимопомощи. Но кормить и поить твоих гостей каждый день за мой счёт в угоду твоей «щедрости» я не соглашалась.

— Вот значит как! — вспыхнула Ирина. — Моя кофемашина стоит шестьдесят тысяч рублей! Ты её амортизацию в свою табличку внесла? Забыла? А надо бы!

Прошла неделя. Таблицу расходов золовка демонстративно игнорировала. В списке трат висели только записи Ольги. При этом Ирина продолжала пользоваться всеми запасами: брала из холодильника купленное Ольгой дорогое растительное молоко, допивала последние капсулы и регулярно зазывала гостей на вечерний посиделки.

Баланс Ирины в приложении стремительно уходил в минус. В четверг вечером она подошла к Ольге, которая работала за ноутбуком в гостиной.

— Завтра к семи придут девочки из отдела продаж, — тоном, не терпящим возражений, произнесла золовка. — Купи с утра нормальных капсул — желательно карамельных, как в прошлый раз. И сделай те рулетики из лаваша с сёмгой и зеленью, они девчонкам очень понравились.

Ольга оторвала взгляд от экрана, посмотрела на сестру мужа и спокойно ответила:

— Я тебя услышала, Ира.

Золовка удовлетворенно кивнула и ушла к себе, уверенная, что её требование будет исполнено. Но Ольга уже приняла решение. Время уговоров и попыток договориться на берегу закончилось.

В пятницу после работы Ольга не стала заходить ни в супермаркет, ни в специализированный кофейный магазин. Вместо этого она приготовила скромный ужин только на себя и мужа, после чего аккуратно вытерла кухонный гарнитур.

В семь вечера в прихожей раздались громкие голоса и смех. Ирина ввела в квартиру четырёх коллег по работе. Гостьи оживленно обсуждали прошедшую рабочую неделю и предвкушали приятный вечер.

— Проходите, девчонки, на кухню! — громко вещала Ирина, снимая туфли. — Сейчас устроим настоящую кофейную паузу! У нас тут отличный аппарат, лучше, чем в любой кофейне за углом, а Оля нам такой фуршет организует — пальчики оближешь!

Гостьи толпой прошли на кухню и замерли в замешательстве. Обширный обеденный стол был абсолютно пуст. На идеально чистой скатерти не было ни рулетиков с сёмгой, ни сыра, ни печенья. На середине стола стоял лишь один стеклянный графин с обычной водопроводной водой и четыре прозрачных стакана.

Сама кофемашина стояла с выключенным дисплеем, её шнур питания был аккуратно свернут и скреплен стяжкой, а лоток для капсул вымыт и выдвинут настежь — внутри не было абсолютно ничего.

Ирина замерла в дверях, её лицо мгновенно налилось багровым цветом.

— Это… это что такое? — заикаясь от возмущения, прошипела она. — Оля! Ты где?!

Ольга спокойно вышла из своей комнаты с планшетом в руках. На её лице не было ни тени волнения или вины.

— Да, Ира? Что-то произошло? — утонченно спросила она.

— Где угощение?! Где капсулы?! — визгливо выкрикнула золовка, забыв про присутствие коллег. — Я же тебе вчера русским языком сказала, что ко мне придут люди! Ты меня перед коллегами решила опозорить?!

— Я тебя прекрасно услышала вчера, — ровным и четким голосом произнесла Ольга, разворачивая экран планшета к гостям и Ирине. — И именно поэтому перед вашей встречей проверила наш семейный баланс. Твоя задолженность по общим расходам составляет семь тысяч четыреста рублей. Включая предыдущие четыре упаковки капсул, которые выпили твои друзья.

Коллеги Ирины неловко переглянулись. Одна из них тихо покашляла и сделала шаг назад к коридору.

— Поскольку ты игнорируешь наш договор о совместном ведении быта, я прекратила закупки за свой счет, — продолжение звучало невозмутимо. — Твоя кофемашина — это замечательная вещь, Ира. Но само по себе наличие техники в доме не означает, что я обязана оплачивать расходные материалы для всей твоей компании и работать у вас бесплатным кулинаром.

— Ты… ты просто неблагодарная! — задыхалась от злости Ирина, бегая глазами от смущенных коллег к Ольге. — Я вас пустила жить! Я технику дорогую купила!

— И мы благодарны за жильё, поэтому оплачиваем половину ваших счетов, — вмешался вышедший из комнаты Андрей. Ему явно было стыдно, но в этот момент он впервые встал на сторону жены. — Ира, Оля права. Если ты даришь технику в общий быт, это не значит, что Оля должна содержать твоих гостей.

Одна из коллег Ирины, не выдержав угнетающей паузы, мягко произнесла:

— Ир, слушай, да давай правда лучше в сквер сходим или в пиццерию за углом… Мы не знали, что у вас тут такие нюансы. Пойдёмте, девчонки.

Гостьи спешно ретировались в прихожую, а через пару минут за ними захлопнулась входная дверь. В квартире воцарилась звонкая тишина.

Ирина больше не пыталась закатывать скандалы — демонстративный показ её трат перед коллегами подействовал лучше любых долгих разговоров. До конца ремонта оставалось ровно две недели. Все эти дни золовка вела себя подчеркнуто тихо: сама покупала себе продукты, растворимый кофе и больше не зазывала в дом громкие компании.

Как только отделочники закончили работы в доме, Ольга и Андрей собрали вещи. В день переезда Ольга перевела на карту Ирины сумму за коммунальные услуги строго до копейки и выложила ключи на тумбочку в прихожей.

Сейчас они живут в своем новом доме. Ирина иногда звонит брату по праздникам, а с Ольгой обменивается только короткими вежливыми поздравлениями в мессенджерах. Конфликт угас, но границы были расставлены навсегда.

А как вы считаете, должна ли невестка оплачивать бытовые капризы родственников за право временного проживания?